Фраскита и Мерседес гадают на картах, к ним присоединяется Кармен. Её подруг ждёт роскошь и любовь, а сама она читает в картах смерть ровно себе, так и Хозе (подмостки «Mêlons! — Coupons!»). С разведки возвращаются контрабандисты и говорят, что на границе усиживать таможенные солдаты, от которых нужно освободиться. Цыганки заявляют, что им солдаты не страшны, и их «пленить возможно» (сцена «Quant au douanier, c’est notre affaire»)[27][21][22][23][24].
Эти принципы драматургии сближают «Кармен» с такими выдающимися произведениями реалистического музыкального театра XIX века, Buy sex pills какими являются «Отелло» Верди и «Пиковая дама» Чайковского. Сюжет оперы заимствован из новеллы Проспера Мериме «Кармен» (1847), точнее сказать, из ее третьей главы, содержащей повествование Хозе о драме его жизни. Опытные мастера театральной драматургии, Мельяк и Галеви, создали превосходное, сценически-действенное либретто, драматические ситуации и текст которого выпукло обрисовывают характеры героев пьесы. Но при разработке этого сюжета под руководством Бизе были внесены существенно важные новые моменты. Чайковский, высоко оценивший музыку Бизе, проницательно отметил особенности ее драматургии на примере финала. «Я не могу без слез сражаться последнюю сцену, — писал он. Последнее поступок предваряется одним из самых блестящих оркестровых фрагментов всей партитуры — покоряющим своей ритмической пульсацией симфоническим эпизодом, выдержанным в характере испанского народного танца поло. Все в праздничных одеждах; все готовы упиться великолепным представлением Эскамильо на арене в Севилье. Знатные дамы, офицеры, простолюдины, солдаты — кажется, весь город собрался, желая узреть битва быков.
Впоследствии произведение имело невиданный успех, и разом же было включено в репертуар многих мировых театров. Причем зрителям пришлась по душе аккурат венская, классическая постановка. На нее опирались другие режиссеры, ставящие эту оперу в других странах Европы. Отмечается, что опера стала всемирно известной из-за гармонии, идеальной оркестровки, точной передачи драматургии посредством музыки➤. С 1890-х годов опера неоднократно записывалась на различных носителях➤. На основе «Кармен» Жоржа Бизе создавались различного рода вариации, одной из которых является балет Родиона Щедрина «Кармен-сюита»➤. В новелле рассказывается о страстной любви баска Хосе к цыганке Карменсите. Подробно описаны разбойничья жизнь, обычаи и культура испанских цыган.
А что проронить о выходе работниц сигарной фабрики с их развязной походкой, о легендарном крае контрабандистов, о терцете с картами, о роскошных приготовлениях к корриде? Все это чрезмерно совершенно, дабы не отойти от отчаяния. Когда они уходят, появляется Микаэла, разыскивающая дона Хозе. Она крайне испугана и просит защиты у Бога в трогательной арии («Je dis que rien ne m’epouvante» — «Напрасно себя уверяю»). Вдруг Хозе, которого оставили сторожить доля товара, выстреливает в кого-то, кто крадется сюда.
Помимо этого Бизе переписал начало Сегидильи в первом действии[42]. В выявлении народного склада значительна роль маршевых и танцевальных жанров. И, наконец, раздвинув рамки повествования, авторы оперы ввели в деяние колоритные народные сцены. Эти сцены придали трагическому сюжету оптимистическое звучание. Уже летом 1873 года начались поиски певицы на роль Кармен. В прессе зачастую фигурировало имя Зульмы Буффар[англ.], которая, возможно, считалась предпочтительным исполнителем Кармен и среди либреттистов.
В ближайшие пять лет опера была поставлена во множестве европейских и американских театров, в том числе в России[81]. Бизе опубликовал вокальную партитуру в марте 1875 года; в ней наблюдались значительные изменения по сравнению с январской версией, проданной издательству Choudens. Также отличается дирижёрская версия, которая была представлена во период премьеры, и, таким образом, окончательного варианта не существует. Это вызывает споры музыковедов о том, каковы были настоящие намерения Жоржа Бизе[34][40]. Известно, что он также изменил либретто, добавив собственные стихи и изменив последовательность некоторых реплик, эдак как считал, что ни Галеви, ни Мельяк не поняли смысл новеллы Мериме и потому существенно исказили оригинал[41]. Он изменил текст Хабанеры, исполняемой Кармен[40], и слова главной героини в сцене третьего действия во век гадания на картах (сцена «Mêlons! — Coupons!»).